Мы хотим, чтобы сайт WWF был для вас удобным и интересным. Чтобы стать лучше, мы работаем с веб-аналитикой. Для сбора аналитических данных используются файлы cookie. Вся информация полностью конфиденциальна и никогда не передается третьим лицам. Подтвердите ваше согласие с политикой в отношении cookie или узнайте о технологии подробнее.
Я принимаю
Помочь
Наша работа
Регионы
Вы можете помочь прямо сейчас!

Красный Яр: сберечь тайгу – сберечь себя

05 апреля 2005
В последние дни марта экологический пресс-клуб «Последняя среда» вместе с коллегами из дальневосточного бюро REN-TV при поддержке WWF России побывали на слете охотников национальной общины «Тигр» в удэгейском селе Красный Яр.

Для того, чтобы оказаться в этом затерянном в отрогах Сихотэ-Алиня маленьком селе, нам пришлось проделать путь в 500 км от Владивостока до районного центра - Лучегорска, и далее, по не знавшей асфальта дороге, через перевалы, преодолеть еще 150 км. Но увиденное стоило того. Удивительно село Красный Яр, удивительны живущие в нем люди, удивительна общественная организация - Община коренных и малочисленных народов «Тигр», созданная по образу и подобию бывших госпромхозов, но - на общественных началах.

В поселке проживает почти семьсот человек, из них более четырехсот – удэгейцы и нанайцы. Большая их часть – охотники. А до какой степени они охотники – трудно даже себе представить:

- Для удэгейца, нанайца и гольда охота – это жизнь. Сейчас это практически единственное, что осталось у нас традиционного. Если охота уйдет, то мы как народ тоже уйдем. Потому что культура уходит, и то, что теперь сохраняет нас, как народ – это охота. Традиционные способы добычи и ловли - лов соболя гоном, летняя охота на изюбря. Традиции жизни в тайге, – рассказывает Василий Дункай, шаман общины. - Я сам с пятнадцати лет начал охотиться. У меня трудового охотничьего стажа – двадцать семь лет. Дед мой охотился, отец охотился. Было много разных возможностей уйти из тайги, где-то учиться. Но я остался. И не жалею.

- Охотник – это склад характера, - добавляет Иван Геонка.- Это в крови должно быть. Слабый человек охотником никогда не станет…

Красный Яр – редкое село, где удалось сохранить угодья и базу почившего в бозе госпромхоза. В ведении национальной общины «Тигр», руководит которой Владимир Ширко, - 1 353 100 га охотничьих угодий и все заботы, связанные с обеспечением промысла и жизни в селе: снабжение охотников-промысловиков горючим и продуктами, закупка патронов и обновление оружия, заказ вертолета и прием пушнины, мяса битого зверя, элеутерококка, ягоды. Кроме тридцати штатных охотников-промысловиков, в общине около семидесяти охотников на договоре – тех, кто охотой занимается нерегулярно. Для обеспечения ведения охотничьего хозяйства Община при содействии Всемирного фонда дикой природы в прошлом году пригласила на работу двух молодых охотоведов – выпускников Иркутской сельхозакадемии Алексея Кравченко и Владимира Попова. Не без их участия сейчас в Красном Яре возрождается традиция проведения послепромысловых охотничьих слетов. 26 марта на таком собрании обстоятельно обсуждались перспективы. Здесь – и проведение выставки трофеев, и разведение фазанов для спортивной охоты, и новый рыборазводный завод, и пекарня, и гостиница. Говорилось и о зонах покоя для дичи в охотничьих угодьях – эдаких мини-заказниках, которые по своему усмотрению на своей земле организовывают сами охотники, и о туризме – по большому счету, понятно, что кормиться придется не только охотой.

Средний возраст охотника в «Тигре» колеблется между 45 и 48 годами. Однако, и из этого положения находится выход. При WWF России в селе планируется создать школу юного следопыта–проводника для того, чтобы передавать юношеству опыт старшего поколения лесных людей. Василий Дункай - один из инициаторов создания такой Школы:

- Пройдет еще лет семь-десять – и мы можем остаться ни с чем. Да, сами мы будем охотиться, будем держать свои участки, но мы-то уже не дадим того, что могли раньше. Поэтому, конечно, надо подготавливать смену. Ведь и промысловая охота – она со временем уйдет. Не сейчас, конечно, через двадцать, тридцать лет, но уйдет. Самаргу отпиливают, Иман кончился. И придет ситуация, когда нам не то, что охотиться, нам придется просто охранять последний кусок тайги и людям показывать, что она есть. Поэтому надо детей учить хотя бы тому, что мы умеем. Как добыть зверя, поймать рыбу, не заблудиться, не замерзнуть – этому надо учить. И это не только охота, это и духовное возрождение - тут все вместе. Еще есть пожилые люди, которые знают язык, обряды…. Сейчас какой-то переломный момент наступил. Если мы сейчас что-то не сделаем, мы это все упустим. И безвозвратно.

Эту новую идею активно поддерживает Павел Фоменко, координатор программы ДВО WWF России по сохранению биоразнообразия, частый и уважаемый гость в Красном Яре:

- Промысловый охотник понимает и на себе ощущает те потери природы, которые она несет в борьбе с цивилизацией. Охотничий промысел накладывает на человека огромную ответственность за сохранение тех ресурсов, которыми он пользуется. И эта ответственность всегда была в крови малых народов. Горько смотреть, что традиции уходят. И в наших силах сейчас все-таки приостановить этот процесс. Для этого мы и пытаемся возродить охотничью культуру, которая очень тесно взаимосвязана с духовной культурой удэгейского народа.

Собственная заинтересованность аборигенов в сохранении своих охотничьих угодий в долине реки Бикин – лучшая защита природы. И пример тому есть: хотя в соответствии с законодательством удэгейцы имеют право охотиться круглый год, они добровольно отказались от охоты в период отела копытных – в конце весны - начале лета, чтобы детеныши успели встать на ноги. Многосотлетняя охотничья жизнь выработала у удэгейцев, нанайцев и гольдов очень строгие внутренние правила обращения с дичью, лесом, рекой – собственно говоря, с природой. И зачастую, эти правила гораздо более разумны, чем те, которые пишут солидные люди в больших городах, которые не знают, как пахнет прелая осенняя листва, чем отличается запах елового и тополевого дыма, как выходит на солонец изюбрь, и куда целиться набегающему на тебя кабану. Недаром тигр является одним из богов народа удэге и также следит за выполнением законов тайги. Кто к тигру с уважением относится, с тем он добычей делиться. Бывалый охотник Михаил Дункай поведал нам о таком случае: однажды на охоте он стал свидетелем того, как медведь скрадывает тигрят, и спас их от верной гибели, убрав медведя с их пути. И что, спросили мы?

- И тигрица дала мне фарт…

Это слово, сказанное очень тихо, чтобы не спугнуть удачу, тоже много значит в охотничьей жизни. Поэтому первое, что делает охотник, попав на свой участок – он делает обряд, молится, чтобы боги дали ему удачу, здоровье. И уже потом с чувством радости выходит на охоту. Как говорят охотники Красного Яра, в угодьях «Тигра» живет около шестидесяти полосатых хищников. И своим существованием они как раз обязаны тем правилам тайги, по которым живут лесные люди. Ведь кормиться с тайги коренным народам еще много лет, так что сберечь тайгу для них значит - сберечь себя.

26 марта по дороге в Красный Яр, на перевале мы снимали Зимнюю Сказку
© WWF России / Е. Старостина
Охотники Иван Геонка и Василий Дукай возле меу - места, где удэгейцы молятся своим богам
© WWF России / Е. Старостина
Михаил Дункай показал нам добычу этого охотничьего сезона
© WWF России / Е. Старостина
Усыновители получают таких тигров из папье-маше
© WWF России
Помогите природе прямо сейчас!