Мы хотим, чтобы сайт WWF был для вас удобным и интересным. Чтобы стать лучше, мы работаем с веб-аналитикой. Для сбора аналитических данных используются файлы cookie. Вся информация полностью конфиденциальна и никогда не передается третьим лицам. Подтвердите ваше согласие с политикой в отношении cookie или узнайте о технологии подробнее.
Я принимаю
Помочь
Наша работа
Регионы
Вы можете помочь прямо сейчас!

Навстречу тундряным медведям Тукурингра 5

Василий Солкин
1 марта 2017

Если собрать слова, наиболее часто встречающиеся в дневнике избушки на Гольцах и изготовить из них облако тэгов — то самым крупным и толстым будет тэг *ДОЖДЬ*. Поэтому, увидев поутру солнце над вековыми аянскими елями, я был весьма и весьма растроган. Дух Тукурингра явно симпатизировал нашей экспедиции. Мы прогрелись чайком, а затем радостно и вооруженно двинулись на Купол.

Впереди, естественным образом, шествовали специально обученный человек Сергей Григорьевич и его Карабин. За ним, конечно же, следовала главная медвежатница. Следом пыхтел под штативом ваш покорный слуга. Колонну замыкал отдел экопросвЯщения, на ходу вскидывая фотокамеру на предмет летописи войсковой операции.

© Василий Солкин / WWF России
© Василий Солкин / WWF России
© Василий Солкин / WWF России
Медведи © Василий Солкин / WWF России
Медведи © Василий Солкин / WWF России
Медведи © Василий Солкин / WWF России
Медведи © Василий Солкин / WWF России
Медведи © Василий Солкин / WWF России

Как ни странно, при нашем выходе на Купол там не стоял и не пасся медведь! Не появился медведь и через сто, и через дести метров. Сергей Григорьич остановился перед огромным камнем в позе витязя на распутье. И спросил, куда дальше пойдем. Налево, совсем близко от нас, высилось семейство весьма и весьма привлекательных скалок. С которых, я полагаю, открывался замечательный вид, вполне достойный стать фоном для медведей.

— Нет! — сказала главная медвежатница, — Там красиво. Но медведей там бывает очень мало и очень редко. Лучше мы пойдем во-он к тем скалам, — и указала рукой за горизонт.

— Да, — сказал Сергей Григорьич, — вот там действительно всегда бывает много медведей. Вон в эту ложбинку спустимся, потом подняться к тем вон скалкам — и там будут уже медведи.

— Ты сегодня умрешь! — сказал мне мой внутренний голос. Потому что предложенная ложбинка по-тукурингрски равнялась высоте хребтов Сихотэ-Алиня.

— Хорошо! — сказал я, — идем на дальние кордоны!

Медведей на дальних кордонах, до которых мы с моим внутренним голосом все ж таки дошли, оказалось, действительно, много. Сергей Григорьич, продиравшийся со своим Карабином сквозь частокол стланика первым, постоянно сообщал нам в зад колонны, что вот только что нос к носу видел еще одного. На этот раз чуть больше седоватого, чем предыдущий. Нам с моей камерой оставалось только радоваться за Сергей Григорьича…

Наконец мы вышли на верховое болото. И я увидел собственными глазами первых медведей. Их было трое. И было до них метров семьсот. И неслись они, как кабаны от тигра. И в мгновение ока скрылись за стеной стланика.

Не успел я этому удивиться, как смог снять первого тундряного медведя Тукурингра. В кадре он занимал полтора пикселя. Но глазом было видно, что медведик очень радуется жизни, носится по болоту взад-вперед и кричит: неужели это все мое!!!

Радостно пробежав через болото, мы загнездились на скале и приступили к процессу ожидания медведей.

Точнее сказать, к процессу ожидания медведей приступил только я.

Потому что остальные участники войсковой операции, как раз напротив, окунулись в процесс созерцания, любования, идентификации и учета медведей… посредством разнокалиберных биноклей.

В линзах биноклей медведики бродили, кормились, купались, ложились отдыхать — словом, ни в чем себе не отказывали. Не отказывали себе, но отказывали мне. Отказывали в перемещении на дистанцию видеосъемки.

Налетела гроза, набежал жуткий ливень, остановился в тридцати метрах от нас, постоял — и отвалил куда-то на равнину, в сторону и так затопленной Ивановки. А гроза осталась.

Надо заметить, что гроза и гроза на Куполе — это две большие разницы. Потому что зазор между небом и землей на Куполе совсем-совсем маленький. Отчего молнии получаются короткие, толстые, близкие и страшные. Во всяком случае, все медвежье царство совершенно очевидно попряталось от грозы в гуще стланика. И сниматься в кино окончательно отказалось.

Однако мы честно и самоотверженно отсидели на скалах ровно столько, сколько могли себе позволить, чтобы успеть вернуться на базу до наступления темноты. По дороге домой мои соратники весело и азартно продолжали считать медведей посредством биноклей. А я брел с угрюмой мордой и строил коварные планы на завтра.

Спускаясь в ложбинку, которая размером с хребты Сихотэ-Алиня, мы наткнулись на неторопливую троицу, шествовавшую так *близко*, что я даже нажал на спуск. И теперь у меня было аж четыре заснятых медведя. Один, занимающий полтора пикселя в кадре. И трое, раскоряченных аж на пикселей десять.

Но все это было абсолютно не важно. Потому что у меня созрел секретный и безошибочный план завтрашней встречи с тундряными медведями.

Помогите природе прямо сейчас!