Мы хотим, чтобы сайт WWF был для вас удобным и интересным. Чтобы стать лучше, мы работаем с веб-аналитикой. Для сбора аналитических данных используются файлы cookie. Вся информация полностью конфиденциальна и никогда не передается третьим лицам. Подтвердите ваше согласие с политикой в отношении cookie или узнайте о технологии подробнее.
Я принимаю
Помочь
Наша работа
Регионы
Вы можете помочь прямо сейчас!

Сохранение кулана в Туркменистане

© WWF России
© WWF России

Международные фонды обратили внимание на кулана только тогда, когда он оказался на грани исчезновения, — только 200–300 животных были визуально зарегистрированы в 1999 году в бадхызской популяции, которая в середине 1990-х годов насчитывала 5000 голов.

Меры строгой охраны уже через полгода привели к концентрации животных — как показали точные учеты, популяция увеличилась до 450 голов. Через три года в Бадхызе было уже около 1000 куланов.

Подробности проекта

Кулан (Equus hemionus) — единственный представитель непарнокопытных, сохранившийся в диком виде в северной Евразии, единственный выживший родственник миллионов тарпанов, диких ослов, и лошадей, которые когда-то населяли обширные открытые пространства этого континента. Меньше и плотнее, чем домашние лошади, куланы — самые быстрые представители рода лошадей, способные развивать скорость до 70 км/час в течение короткого времени и довольно долго двигаться со скоростью 50 км/час. На плоских пустынных равнинах Средней Азии куланы чувствуют себя прекрасно, питаясь травами и суккулентами. Тем не менее куланы очень чувствительны к наличию подходящих зимних пастбищ и летних водопоев, что иногда заставляет их совершать миграции на большие расстояния. Сохранение этого животного стало важнейшей задачей природоохранных организаций Средней Азии, предпринимавших активные действия по спасению кулана с середины прошлого века, когда он оказался на грани исчезновения, и в последние годы, когда эта ситуация повторилась.

В 1941 году в Туркменистане был создан Бадхызский заповедник для охраны единственной сохранившейся к тому времени популяции кулана, насчитывающей не более 200 голов. Несмотря на предпринятые меры охраны заповедника, популяция продолжала сокращаться до 1955 года, когда осталось всего 120–150 животных. В это время ученые и советские государственные органы осуществили первые попытки восстановления вида в границах его естественного ареала: они перевезли 14 куланов из Бадхыза на остров Барса-Кельмес в Аральском море, на границе между Узбекистаном и Казахстаном. С 1957 года до начала 1980-х годов численность куланов выросла почти до 2000 тысяч особей в Бадхызе и до 200 — на острове Барса-Кельмес.

Масштабная программа по расселению кулана действовала в 1979—1989 годах. Более 100 животных из Бадхыза были расселены на восьми участках в пределах его исторического ареала в Туркменистане. В целом к 1996—1997 годам общее поголовье куланов в Казахстане достигло 500 особей, а в Туркменистане — около 6000, в том числе 5000 — в Бадхызском заповеднике и около 1000 — в других группировках, созданных на территории Туркменистана.

Экологическая катастрофа — усыхание Аральского моря — продолжается, и специалисты обеспокоены тем, что основная популяция кулана в Казахстане не обеспечена ни надежной защитой, ни источниками питьевой воды удовлетворительного качества. Тем не менее общая ситуация с популяциями кулана в Казахстане вполне удовлетворительная, а на ряде территорий — просто хорошая. Несмотря на то, что Барса-Кельмес превратился в полуостров, около 100 куланов продолжают там жить. 35 были вывезены и реинтродуцированы на территории Аксу-Бузачинского заказника в 1991 году, и дали начало группировке полуострова Мангышлак, которая к 1986 году насчитывала уже более 100 особей. В период 1986—1990 годов 105 куланов были перевезены в Андасайский заказник, где освоились, расселились и к концу века достигли численности 200 особей. В 1984 году 32 кулана были завезены в Карачингильское ГЗОХ (ныне — национальный парк Алтын Эмель — более 0,5 млн га). По данным последних учетов, в настоящее время численность популяции куланов достигла здесь 700 голов.

Хотя активные усилия по реинтродукции кулана стабилизировали его популяцию в Казахстане и содействовали сохранению вида, в Туркменистане возникла новая проблема, поскольку куланы начали выходить за границы заповедников. В 1990 году куланов часто обнаруживали на сельскохозяйственных полях, уничтожающих посевы пшеницы, в то время как местное население испытывало нужду. По некоторым оценкам, ущерб, нанесенный куланами одной деревне в 1995 году, составил около 5 тыс. долларов, хотя действительный ущерб, по-видимому, ниже. Тем не менее в то время средний годовой доход одной семьи составлял 100–150 долларов, и значение финансовых потерь от потрав куланами не следует преуменьшать.

Проблема, возникшая в Бадхызе, была связана с летними миграциями куланов к водопоям. Река Кушка, являющаяся главным источником воды для Бадхызской популяции, расположена вдали от территории заповедника. Многочисленные стада куланов были вынуждены перемещаться через поля и проводить все жаркое и сухое лето на небольшом участке у реки. Там животные превращались в легкую добычу браконьеров (одна из причин ослабления популяции). Ситуация еще более обострилась из-за того, что несколько лет подряд продолжалась засуха. Трава росла плохо, и естественные водопои пересыхали, а искусственные водопои, оборудованные 25–30 лет назад, не обеспечивали нужное количество воды. В результате в 2000 году все куланы уже в апреле покинули заповедник и переместились к водопоям Кушки, хотя обычно они мигрировали не раньше июля-августа. Главной причиной явилось то, что из-за засухи емкость летних пастбищ была явно недостаточной для поддержания популяции, и вид оказался даже в большей опасности, чем раньше. Популяция, насчитывавшая 5000 особей в 1996 году, сократилась вдвое к 1998 году, до 1500 — в 1999 году и, наконец, упала до 300 особей к лету 2000 года. Летом 2000 года специальное обследование было проведено в Бадхызе, с особым вниманием к окрестностям водопоев, но наблюдатели увидели менее 300 животных. К этому времени 17 куланов (от группировки, насчитывавшей 600 голов) осталось в Меана-Чаачинском заказнике, 15 из 150 — в Аннау (Калининский заказник). Данных по другим группировкам куланов в Туркменистане к тому времени просто не было, но сохранялась надежда, что куланы продолжали держаться рассеянными группами в окрестностях Бадхыза и широко мигрировали в Юго-Западном Копетдаге (в долине Сумбаро-Чандырского междуречья) и на Устюрте, вокруг озера Саракамыш.

К сожалению, не было никакого сомнения в том, что в целом численность куланов в Туркменистане упала катастрофически. В значительной степени, этого можно было бы избежать, если бы своевременно была оказана международная помощь. Начиная с 1992–1993 годов, ведущие специалисты и руководители Минприроды Туркменистана били тревогу, призывая к организации научно обоснованного управления группировками куланов с использованием части излишнего поголовья для дальнейшей реинтродукции на пригодных территориях. Как государство, получившее независимость в 1991 году, Туркменистан на тот момент не обладал ни соответствующим опытом, ни средствами на разработку планов и реализацию таких работ поэтому потребности в международной экспертизе и финансировании были действительно актуальными. Международный союз охраны природы (МСОП) провел соответствующую экспертизу, подтвердил обоснованность опасений, но финансовой поддержки оказать не смог.

Первым откликнулось на нужды сохранения кулана в Туркменистане Мюнхенское зоологическое общество благодаря персональным усилиям д-ра Гертруды Неуман-Дензо. Общество выделило небольшие средства для усиления охраны куланов в критический период мая-октября 2000 года на водопоях вне территории заповедника и продолжило аналогичную помощь в 2001 году. Др. Хартмут Юнгиус, в то время — директор WWF по Восточной Европе и Центральной Азии, обратился к различным организациям в поисках срочной помощи. Средства, полученные от фонда Силл-Дур, позволили приобрести мощные насосы для восстановления работы искусственных водопоев в Бадхызе. В 2001 году были получены достаточно значительные средства на трехлетний проект, и дополнительная помощь от Венского зоопарка и Трастового фонда дикой природы США — через д-ра Патрицию Моэхелман, председателя группы по лошадиным МСОП. Но основную положительную роль, безусловно, сыграла активность Министерства охраны природы Туркменистана, так как осуществление каких бы то ни было мероприятий было возможно только при его поддержке и при активном участии его сотрудников.

Уже после первого года работы были получены положительные результаты. Охрана Бадхызского заповедника существенно активизировалась и наладилась, кроме того, была организована дополнительная охрана силами созданной внештатной группой инспекторов, состоявшей из заинтересованных специалистов, работавших по всему региону, в окрестностях охраняемых территорий. И охрана заповедника, и волонтеры были оснащены средствами передвижения — автомобилями УАЗ и «Нива», мотоциклами и седлами для лошадей, а также полевым оборудованием и средствами связи. Это позволяет им более точно отслеживать перемещения животных при их миграциях на летние пастбища и водопои. К работе подключились даже пограничники — и офицеры, и солдаты погранзастав, помогая охранять территории, прилежащие к их пограничным зонам. Для прямого улучшения условий обитания куланов было приобретено две машины-водовозки и четыре водяных насоса (два для Бадхыза и два для Мeана-Чаачинского заказника), которые были установлены на четырех отремонтированных искусственных водопоях. Благодаря этим водопоям в критические засушливые летние месяцы куланы концентрируются на более безопасных охраняемых территориях, что также обеспечивает более надежное наблюдение за ними. Кроме того, была начата работа с местным населением, ставшая важным компонентом проекта.

Специальный учет, проведенный в июле 2001 года, очень обнадежил — было учтено 600 куланов (выжившие животные, широко рассеянные по окрестностям, вернулись на территорию Бадхыза, вновь почувствовав себя здесь в безопасности). Количество малышей все еще было очень низким (3,9%), поскольку популяция проходила предыдущий сезон размножения в неблагоприятных условиях. Но мы специально отметили, что самой обнадеживающей новостью было сосредоточение куланов в крупные группы, которые можно было увидеть (животные стали значительно менее пугливыми). Такая концентрация куланов в сочетании с улучшение местообитаний дали свои результаты: уже на следующий год в Бадхызе было около 900 куланов. Родилось и выжило много малышей.

Одним из важных направлений нашей работы была охрана полей от потрав их куланами. Егеря и волонтеры на мотоциклах следовали за крупными стадами куланов во время их миграций вне заповедника, направляя их в сторону от полей и огородов. Позже куланы запомнили маршруты и уже сами избегали сельскохозяйственных угодий. Такая форма работы позволила достигнуть более глубокого взаимопонимания между охранниками природы и местным населением.

Основное финансирование проекта закончено, хотя небольшая помощь на поддержание работы на необходимом уровне продолжает поступать от разных доноров. Сейчас работу ведут в основном сотрудники Бадхызского государственного заповедника Министерства охраны природы. Тем не менее до сих пор необходимо дополнительное внимание целому ряду других территорий. В заключительной стадии подготовки План действий по сохранению и устойчивому управлению популяциями кулана в Туркменистане в будущем. Он предусматривает продолжение работы в Бадхызе и во всех районах реинтродукции, в первую очередь, на Устюрте и в Юго-Западном Копетдаге. И в качестве одного из основных компонентов он включает устойчивое управление популяцией куланов после достижения ими оптимальной численности: очень важно предотвратить повторение перенаселения и ущерб, который могут наносить эти прекрасные животные местной экономике. Все стороны, принимающие участие в этой работе, уверены, что совместными усилиями мы обеспечим будущее существование на Земле этих уникальных животных.